Что такое запланированное устаревание

Docfilm
31 подписчик
119 просмотры видео·7 сент. 2025 г.
Представьте, что обычная лампочка горит 120 лет без перерыва. Или что ваш iPhone не пора менять через пару лет на более новую модель...
Перевод: Алексей Малов
Редактура: Елена Смотрова
Научная редактура: Александр Цимеринов
Озвучка: Дмитрий Чепусов, Алексей Никитин, Екатерина Гаврилова
Монтаж звука: Андрей Фокин
Монтаж видео: Джон Исмаилов
В этом видео я расскажу о разном. О машинах, о телефонах, о лампочках и о заговоре,
из-за которого всё это стало хуже. Я нахожусь в городе Ливермор возле пожарной части номер 6.
Там внутри больше века беспрерывно горит лампочка-рекордсмен. Она не гасла уже 120 лет.
С 1901 года. Это она и есть? Да, она самая.
У неё нет выключателя, зато есть собственный источник питания и генератор. Главный вопрос,
почему она всё ещё не перегорела? Эту лампочку изготовили вручную в те времена,
когда они только-только появились. Она отработала более миллиона часов,
что намного превышает запас прочности любой современной лампочки.
Как-то один приятель рассказал мне историю о том, что неперегорающую лампочку изобрели уже
очень давно, но на рынок не выпустили, ведь на продаже вечных лампочек бизнес не построишь.
Никаких вам постоянных покупателей, рано или поздно лампочками заведут со всей и клиенты
закончатся. Я подумал, что это какой-то бред. Если предложить товар, который будет работать
вечно, то покупатели ломанутся к вам от конкурентов. Можно будет поднять цены и прилично
заработать, несмотря на то, что спрос со временем иссякнет. У меня не укладывалось в голове,
что мы умели делать хорошие лампочки, а потом специально их ухудшили. Оказалось,
так всё и было. В каком-то смысле. Придумать надёжный источник света нелегко. Один
из популярных вариантов – лампа накаливания. Ток проходит через какой-то материал и раскаляет
его, заставляя светиться. Но лишь 5% от затраченной энергии переходит в свет, а 95% уходит в
тепло. То есть на самом деле эти лампы греют, а свет – всего лишь побочный продукт. Нить может
нагреваться до 2800 кельвинов. Поверхность Солнца всего в два раза горячее. При такой температуре
большинство материалов плавятся. Ну а если нет, то сгорают. В 40-х годах 19-го века Уоррен
де ла Рю предложил создавать вокруг нити накаливание вакуум, чтобы не оставалось кислорода для
горения. 1879 году у Эдисона уже была лампочка с нитью из хлопка, которой хватало на 14 часов.
Другие изобретатели использовали платину или какой-нибудь карбонизированный материал,
и постепенно срок службы лампочек рос. Обычно для изготовления лампочек предпочитали
вольфран из-за его высокой температуры плавления, и к началу 1920-х обычная лампочка
могла проработать уже около 2000 часов, а некоторые – 2500. Но вдруг этот показатель остановился
и даже пошел вниз. Перед самым Рождеством 1924-го в Женеве состоялась тайная встреча
руководителей ведущих мировых производителей лампочек. Philips, International General Electric,
Tokyo Electric, немецкой компанией Osram, британцев Associated Electric и некоторых других. Они
основали печально известный картель Фебус или Феб, в честь греческого бога света Аполлона или
Эфеба. Компании пришли к ряду выгодных для себя соглашений, которые позволяли им контролировать
мировое предложение лампочек. Когда они только-только стали народным товаром, их производством
занималось множество небольших компаний, но со временем все они вошли в состав нескольких
корпораций, каждая из которых контролировала свою часть рынка. Но у всех был общий враг –
долговечные лампочки. Для сравнения, в 1923-м Osram продали 63 миллиона лампочек,
а за следующий год всего 28 миллионов. Высокая надежность выпускаемого продукта вредила
продажам, поэтому все участники картеля договорились ограничить срок службы тысячей часов,
что в два раза меньше среднего показателя. Но как было участникам стыдить за тем,
чтобы никто не нарушил договор и не выпустил товар лучшего качества? Ведь для каждого
производителя было бы выгодно делать собственные лампочки надежнее и переманивать клиентов.
Для своеобразного контроля качества было принято решение обмениваться друг с другом образцами,
которые каждая компания размещала на испытательных стендах вроде этого. Если лампочка работала
заметно дольше тысячи часов, производителя ждал штраф. Например, 200 франков за каждую тысячу
проданных лампочек, если они служат более трех тысяч часов. Эта практика применялась,
подтверждение тому есть в документах. Но как же ухудшить качество лампочки? Поиском ответа
озаботились те же самоинженеры, что до этого бились над увеличением срока службы. Меняли состав
и форму нити, делали контакты тоньше. И, судя по всему, своей цели они достигли. С момента
формирования картеля время работы лампочек стабильно снижалось. В 1934-м средний срок службы
составлял 1205 часов. Как и ожидалось, это увеличило продажи к компании участников на 25% за
четыре года после 1926-го. Себестоимость производства при этом снизилась, а вот цена
конечного продукта практически нет. Так что бизнес стал еще и прибыльнее. Знал ли потребитель,
что гиганты индустрии сговорились снизить качество товара? Нет. Представители картеля заверяли,
что их задача – стандартизация и увеличение эффективности лампочек. Справедливости ради привычный
сегодня цоколь, который используется практически повсеместно, придумали именно они. Но огромное
количество фактов указывают на то, что главной целью картеля был рост продаж и увеличение прибыли,
а не заботы о потребителе. Так вот, одна из причин, по которым эта лампочка все еще не перегорела,
в том, что ее изготовили еще до картеля. Другая причина в том, что работает она всегда с низкой
мощностью – 4-5 ватт, не более. По оригинальной задумке, это ночное освещение, так что света
хватало только на то, чтобы пожарные ни на что не натыкались. Отсутствие выключателя тоже идет на
пользу. Нет теплоциклирования, а значит детали меньше страдают от термического расширения и сжатия
материалов. Планировалось, что картель Фебус просуществует до середины 50-х, однако развалился он
уже в 30-е. Мешала внешняя конкуренция, к тому же не все участники соблюдали условия договора. Но
финальным ударом стало начало Второй мировой войны. И вот картель и распался, но его методы
никуда не делись. В наши дни некоторые компании также намеренно уменьшают срок службы своей
продукции. Эта тактика называется запланированное устаревание. Кстати, об этом Кейси Найсет снял
свой первый вирусный ролик в далеком 2003-м. Спасибо, что обратились в Эппл, меня зовут Райан,
как мне к вам обращаться? Кейси. Отлично, чем я могу вам помочь? Я купил айпод где-то полтора
года назад, и сейчас у него сдохла батарейка. Ага. Полтора года, гарантийный срок службы год,
поэтому за ее замену придется платить. Выйдет 255 долларов, плюс доставка к нам,
чтобы мы могли починить ваш гаджет. Если честно, проще купить новый. Ролик набрал миллионы
просмотров, когда Ютуба и социальных сетей еще и в помине не было, и вылился в групповой судебный
иск, который компания Эппл урегулировала в досудебном порядке. Вот только от использования подобной
практики компания не отказалась. После обновления iOS в 2017-м обладатели более ранних моделей
гаджетов заметили, что приложения работают хуже, а смартфоны ни с того ни с сего отключаются.
Эппл заявила, что они замедлили работу девайсов, чтобы продлить жизнь аккумуляторов на старых
моделях и заставить их служить дольше. Только вот при возможности сменить батарею таких
сложностей не было бы. По результатам судебных разбирательств, которые завершились в 2020-м,
компания потратила на штрафы и урегулирование сотни миллионов долларов. Но и эта сумма
меркнет на фоне прибыли, которую Эппл получает, искусственно ограничивая срок службы своей
продукции. Однако есть мнение, что запланированное устаревание не только дает разгуляться жадности
производителей, но и приносит всеобщую пользу. Во время Великой Депрессии в начале тридцатых,
когда четверть населения США осталась без работы, один американский риэлтор Бернард Лондон
предложил создать новые рабочие места и вытащить страну из депрессии с помощью
обязательного запланированного устаревания. Он писал, «Пусть государство устанавливает срок
службы для новой обуви и только что построенных домов и различной техники. В течение этого
времени их можно продавать и использовать, и пусть потребители об этом информируют. По окончании
срока продукция признается устаревшей с точки зрения закона и переходит в ведение специального
государственного органа, который имеет право ее уничтожить в случае массовой безработицы».
Эта затея кажется безумной, но нельзя отрицать, что людей искренне пугало перспектива потерять
заработок из-за технологического прогресса и слишком высокого качества продукции. Об этом
даже сняли фильм, который был номинирован на премиу Оскар. «Человек в белом костюме» вышел
на экраны в 1951 году. Фильм повествует об ученом, разработавшем идеальную ткань, которая не
пачкается, не рвется, не истирается. «Похоже, мне удалось добиться сополимеризации аминокислотных
остатков и молекул углеводов, содержащих ионные группы. Это довольно простой процесс».
Номинацию фильм получил за лучший сценарий. Я серьезно. Так вот, изначально все очень радуются
успеху главного героя. Он шьет себе костюм белого цвета, ведь ткань настолько устойчива к загрязнениям,
что ее невозможно покрасить. Но дальше начинаются проблемы. Владельцы фабрик понимают,
что много такого материала не продать, он же не рвется, а рабочие переживают, что останутся без работы.
«Вы ученые. Вечно все только портите. Кому нужна прачка, когда истирать-то нечего?»
И вот разгорается конфликт. Сотрудники и начальство фабрик вместе гонятся за ученым,
чтобы разом покончить и с ним, и с его изобретением. Как ни странно, нельзя исключить,
что фильм основан на реальных событиях. В сороковые синтетический материал нейлон заменил шелк
производстве чулок и колготок. Они стали гораздо прочнее и набрали бешеную популярность.
Доходило буквально до беспорядков в очередях. Производители осознали, что продукт получился
хороший, но не стали полностью отказываться от ткани. Подобно Фебусу, той самой картели,
они отдали своим ученым и технологам распоряжение придумать, как сделать продукцию менее долговечной
и заставить людей чаще делать покупки. Сейчас, похоже, потребители наконец-то стали
бороться с запланированным устареванием. В странах Евросоюза и более чем в 25 американских
штатах продвигают законопроекты, направленные на защиту, право на ремонт. Предполагается,
что законы заставят производителей облегчить починку продукции, обеспечить доступ к технической
документации и запчастям, чтобы можно было без труда заменить батарею или поцарапанный экран в
стороннем сервисе, не теряя гарантию. Но даже если подобные законы будут приняты, победим ли мы
за планированное устаревание? К сожалению, нет. Ведь есть лазейка, с помощью которой можно
убедить клиента в том, что купленный товар устарел, и это мы сами. Генри Форд выпустил
по-настоящему массовый автомобиль, модель Т1908 года. Это была самая что ни на есть рабочая
лошадка, доступная, надежная, долговечная машина, почти как вечная лампочка. В 22-м Форд заявил «Мы
хотим, чтобы купившему наш автомобиль не пришлось его менять. Мы не собираемся вносить изменений
только чтобы объявить предыдущую модель устаревшей». Но в 20-е годы у 55% американских
семей уже были машины. Кто мог позволить себе машину, те уже купили. В то же время начались
небольшие экономические проблемы, из-за чего прибыль сократилась как у Форда, так и у Дженерал
Моторс. В 1921-м Дюпон, гигант химической промышленности, выкупил контрольный пакет акций
Дженерал Моторс и начал разнообразить цветовую палитру автомобилей. До тех пор в ходу был принцип
Генри Форда, цвет автомобиля может быть любым, при условии, что он черный. Пара лет экспериментов,
и в 1924-м с конвейера GM начинают сходить машины самых разных цветов. А еще через какое-то
время компания прибегла к до боли знакомому приему. Каждый год выходила линейка автомобилей
в новых цветах. Это делалось для того, чтобы на их фоне устаревшими смотрелись не только модель
Т, но и другие автомобили из прошлогодней коллекции, и это подталкивало бы владельцев
свои старые машины на новые. Годы спустя руководитель отдела стайлинга GM Харли Эрл открыто
обсуждал, какую сыграл роль в том, что сам назвал динамическим устареванием. Наша задача ускорить
этот процесс. В 1934-м один автомобиль меняли в среднем раз в пять лет, сейчас в 1955-м каждые два
года. Если дойдем до одного, можно считать, что мы добились успеха. В то время Дженерал Моторс
была самой дорогой компанией в мире и производила половину всех автомобилей, ежегодно продаваемых
в Соединенных Штатах. Самая дорогая компания нашего времени, Эппл, похоже повторяет эту стратегию
шаг за шагом. Ежегодные линейки есть, обновление цветовой палитры есть, незначительные технологические
улучшения есть. Вот это, по-вашему, серьезная инновация или способ повысить продажи? Дженерал
Моторс, а впоследствии Эппл, похоже, решили пойти по пути моды, в которой настоящий прогресс почти
невозможен. И чтобы заставить людей вновь отправиться за покупками, приходится хитрить,
создавать продукт, который живет один сезон. Но вот проблема, довольно быстро исчерпываются все
возможные варианты. И что тогда? Тогда можно обратиться к тому, что было в моде пару десятилетий
назад. В отношении айфонов иногда тоже вспоминают хорошо забытое старое, только взгляните на дизайн
граней. Изначально они были скругленными, затем появились углы, затем их снова скруглили,
а теперь опять возвращают. Кто готов поспорить, что у 14-го айфона углов не будет? Суть в том,
что когда дело касается моды, сложно сделать лучше, можно только по-другому. И похоже,
этого достаточно, чтобы мы резко осознали, что наш гаджет безнадежно устарел и побежали
покупать новый. Единственный вид устаревания, которым не стоит пренебрегать – технологический.
И тут вернемся к нашим лампочкам. За последние 20 лет мы перешли от ламп накаливания,
которые не менялись на протяжении века, к флуоресцентным, а теперь и светодиодным. Они в 10 раз
экономичнее живут в 10, а то и в 50 раз дольше. Смотрите, какие яркие. Вы успеете задуматься о
переезде и продаже дома быстрее, чем придется менять их на новые. В каком-то смысле мы
добились своего, получили своего рода вечную лампочку. Переведено и озвучено студией Верд Дайдер
