Как Добиться УСПЕХА с НУЛЯ | Маргулан Сейсембаев // ЭТОГО НЕ ПОНИМАЮТ 99% ЛЮДЕЙ

РАЗВИТИЕ!
1 подписчик
1 просмотры видео·28 окт. 2024 г.
Задумывались ли вы о том, как добивались успеха бизнесмены из 90х годов? Через что они проходили? Как решали проблемы и какие выводы совершали?
Теперь мы есть в телеграмме 🥳❤️
https://t.me/+CFuO8dsPlLU2MWFi
На этом Видео есть ответы на все эти вопросы! Слушайте! Развивайтесь! Применяйте!
Маргулан Сейсембаев расскажет вам свою Историю Успеха! Поделится своими мудростями
💡 Видео взято с канала Дмитрия Гордона:
https://youtu.be/o2HjkQ6xZ1U
💡 Канал Маргулана Сейсембаева:
@margulan__seissembai
Друзья, лучшая поддержка от вас -- это лайк, подписка и комментарии. Обязательно посмотрите ролик до конца!
Приятного Просмотра!
Мы четыре дурака поехали постить две атары овец.
Сделать выводы, где я прав, где не прав, почему я так по башке получил условия.
Вот вы родились в одном из колхозов Джискатсганской области.
Отец ваш был чабаном.
Агрономом.
Да.
И семья переезжала из одного колхоза в другой?
Да.
То есть не сидела на месте, вы вели кочевой образ жизни.
Да, чабаном был я.
Ну, это вы уже потом были чабаном, когда выросли.
Что это была за жизнь, вот ваша детская жизнь, когда вы перемещались, кочевали?
Ну, каждые пять лет отца переводили, в то время партийная система,
и это не его свободное волеизъявление было,
а больше как партия направила туда, в таком-то совхозе нету поливодства,
его берут и отправляют туда.
Поэтому нам, конечно, как семье приходилось кочевать.
Не в каждой селе была десятилетняя школа, была восьмилетка,
поэтому мои два брата учились вообще в районном центре, в интернате.
Меня бросало, получается, я первый класс закончил в казахской школе,
потом со второго по шестой класс в русской школе,
с шестого по десятый опять в казахской школе.
Поэтому в то время я, конечно, был не то что возмущен,
мне это очень не нравилось, прыгать со школы в школу,
все время терять друзей, все время менять окружение, обстановку.
Но со временем это дало свои плоды, потому что я свободно говорю на казахском,
свободно говорю по-русски, и когда родители кочуют из села в село,
это дает еще навык приспосабливаемости и выживаемости.
Это, я считаю, одно из ценных качеств, которое выработала в нас природа.
Приспосабливаемость не в том негативном ключе,
который ты прогибаешься под кого-то, да нет,
это как раз первые социальные навыки, уметь постоять за себя,
где надо подраться, где надо подружиться,
где надо, наоборот, принять чужую точку зрения.
И так как с самого детства у меня часто менялась среда,
мне каждый раз приходилось делать выводы,
где я прав, где не прав, почему я так по башке получил, условно говоря.
Я закончил школу, партия кинула клич,
создать комсомольско-молодежные бригады и работать на селе чабанами.
И в нашем классе все уехали поступать в вузы,
а у казахов вообще такой бзык,
они обязательно своего ребенка отправляют в высшее учебное заведение.
Причем казахи такие нации, они не так,
что если ты твой сын пошел в Джезгазганский институт,
то ты лузер, а не обязательно, либо в Алма-Ату, либо в Москву.
Либо сейчас за границу, правда?
Да, сейчас за границу.
И получилось, что все уехали в вузы,
а мы четыре дурака поехали пасти две атары овец.
Добровольно, там денег копейки нам платили,
труд, конечно, был адский.
Адский труд, да?
Адский, это просто адский труд.
Действительно, день, ночь, без выходных,
подъемом в 5 утра, ложимся в 12 часов почти,
там сменами, зимой вообще ад,
весной, когда окот идет,
то тоже спишь в кошаре вместе с ними,
чтобы этого ягненка из-под матки взять,
потому что первородка не признает своего ягненка.
Привязываешь ему красную ленточку,
ей красную ленточку, другому желтую,
и вот чтобы днем уже поймать эту овцематку
и прикормить ягненка, чтобы не перепутать.
И их выделяешь, отдельную загородку,
и вот по очереди спишь в этой кошаре
среди, понятно, навозов всего,
но вместе с баранами, по сути, спишь.
И это продолжается обычно 40 дней.
Это период цархман, мы называем,
период окота.
И, соответственно, это как год кормит,
день год кормит в эти 40 дней,
зависит от этого, по результатам,
какой у тебя будет результат,
ну и, соответственно, поощрение.
Но для нас какое поощрение?
Мы работали как рабы, по сути, там цифра была.
Два года общения с овцами, баранами и пчелами.
Что вам дали?
Дало очень много.
Во-первых, в один из дней, когда я пас баранов,
это был жаркий полдень, и я пас,
и это такая, знаете, марива,
и такое ощущение бывает, что где живу,
как будто это уже было.
Попадаешь в какой-то поток сознания,
и думаешь, блин, где я?
И в какой-то момент меня торкнула такая мысль,
я что ли родился, чтобы пасти свою еду?
Это была почему-то ключевая мысль,
которая в тот день меня прям так пронзила.
И я подумал, что за смысл?
Но он по-своему ответил на вопрос
смысла жизни, для чего я живу.
И с этого момента я очень активно начал,
я сказал, нет, так не пойдёт, я не согласен.
Вот с этого несогласия у меня пошло,
я начал читать книги, пчеловодство пошло,
я стал пчеловодом и так далее.
Пчеловодство, конечно, по тем временам,
это как IT-технологии по сравнению с баранами.
Поэтому я там котировался,
я там котировался.
И это меня, конечно, буст такое дало
в плане самообразования.
Согласился поступать в Казгу на ИРФА.
А это был первый набор колбинский,
тогда Колбин пришёл.
Да, был первым секретарём, да.
Да, и это был первый набор,
он был наиболее демократичный,
там стояли камеры, и родители снаружи
наблюдали, какой билет вытаскивает абитурент,
как он отвечает, и камера транслировалась
в прямом эфире.
И когда я приехал в Казгу,
я сначала в июне приехал на подготовительные курсы,
там полтора месяца.
Я сразу пришёл к преподавателю и говорю,
что мне нужно сделать, чтобы сдать на отличном
ваш предмет.
Он говорит, изучить вот эти книги.
Я составил список книг по обществу ведению,
по истории, по истории КПСС,
четыре предмета.
И русский язык там был диктант,
вернее сочинение.
Я взял эти списки, посчитал страницы,
и вот мне, например, 1150 страниц надо изучить
по этому предмету.
Я взял книгу, тестовую прочитал,
я 50 страниц в день хорошо осваивал.
Если утром прочитал, вечером повторил.
Обратным счётом прочитал, за сколько дней
я должен начать читать.
Прибавил три дня буфера.
И ходил, кайфовал.
Когда наступила дата...
Системный вы человек.
Наступила дата, я начал это.
И так и получилось, я сдал экзамены,
сдал экзамены, поступил,
я стал кировским стипендиатом.
Тогда стипендия было 20 рублей,
для хорошийцев 40 рублей,
для отличников 60 рублей.
Абсолютно.
Я был кировским, я был альфа-раби,
я взял ленинскую стипендию.
Три стипендии у меня я получал 120 рублей.
И в результате я закончил университет
за 4 года экстерном с красным дипломом.
Так вот, когда я учился,
мне это всё легко давалось,
я решил изучать английский язык.
Когда ещё иностранцев не было,
я что сделал?
Я не мог был учиться,
курсов даже особо таких не было.
Я взял словарь, купил на 10 тысяч слов,
англо-русский, русско-английский,
привязал себе сюда к руке,
так, чтобы он не смог сползти,
и поспорил с ребятами,
что я его не сниму до тех пор,
пока 10 человек не откроют
на 10 случайных страницах
и не назовут 10 слов,
и я должен ответить перевод.
И я почти 2 года носил этот словарь на руке,
в душе я надевал пакетик, резинкой и мылся.
Зато словарь на руке в автобусе есть,
я ему раз открыл,
я ему сделал латунные уголки,
чтобы он не потрепался.
Ну, короче, этот словарь я вдрызг потрепал,
он со мной спал, кушал, в туалет ходил,
мылся, он не снимаемый.
И я специально ездил к цирку,
находил там афроамериканцев
и начинаю говорить с ними по-английски,
у них какой-то странный английский,
я же тогда не знал, что нигерийцы,
у них другой акцент, эфиопцы, другой акцент.
И я с ними пытался общаться как-то.
Я заканчивал третий курс,
сказали, что президент будет встречаться
со студентами.
Ну, он был первый секретарь ЦК.
Первый секретарь, да.
В отворце культуры АХБК
около 10 тысяч человек.
И я в то время, мы ездили,
вот настолько больные были,
авторы учебников у меня, я помню,
Литвинов был, теория государства и права,
по-моему, он преподавал в МГУ.
И я ездил в МГУ, в ЛГУ на лекции
этих профессоров.
Я поехал туда, и когда слушал его лекции,
шёл мимо общаги МГУ и увидел книгу
Дэйлы Карнеги «Как приобретать друзей
и оказывать влияние на людей».
Я купил эту книгу, и она мне так понравилась,
просто в масть.
Я взял эту книгу и всё прочитал,
законспектировал, и когда мне сказали,
что будет встреча с президентом, я думал,
да я попробую эти методы.
И начал писать письмо.
«Уважаемый Рустам Абейшевич, я такой-такой-то,
аульный парень, закончил казахскую школу,
работал чабаном, послужил в армии,
поступил в Казгу, стал ленинским стипендиантом,
альфа-ривиа-кирово стипендиантом,
владею английским языком свободно,
мне здесь тесно, отправьте меня за границу».
И написал это письмо, и без задней мысли
всё передал по рядам.
А вдруг Мадурбаев выходит на трибуну
и зачитывает моё письмо.
– Класс.
– Я офигел там, конечно.
– Он тоже.
– «Кто этот парень? Пусть встанет».
Я встал, весь зал на меня смотрит.
Он говорит, вот такие люди мне нужны,
вот с такими людьми я буду строить будущий Казахстан.
Сейчас поехали со мной.
– Ух ты.
– И меня сразу под белые ручки и в его резиденцию.
Мы приехали в резиденцию, большой овальный стол,
сидит он, сидит министр образования,
сидит мэр города, сидит декан факультета
Калифорнийского университета Аксель Леонхуд,
я до сих пор именно помню, и Чан Яньбэнк,
потом который стал ректором университета Кимэппу,
он тоже в том университете в Калифорнии преподавал.
– Ух ты.
– Я сижу, наверное, час мы пили чай,
охранники меня наблюдают, я один.
И такой допрос, откуда, что, как,
я все вопросы отвечаю, отвечаю, отвечаю, отвечаю.
И потом в конце президент обратился к Аксель Леонхуду и говорит,
моя просьба, тогда еще не было программы «Булашак» и так далее,
моя просьба вот этого парня применить себе в университет.
Тот говорит, хорошо, мы примем.
Все, классно, вроде как хэппи-энд.
Я хожу, жду, жду, жду, это было в декабре.
Меня не отправляют, не отправляют, не отправляют.
В какой-то момент мне сообщают, что уехало, по-моему,
8 или 12 человек, родственников, чиновников.
Я, нифига себе, иду к министру образования.
Вот я сейчас, как я был, я всю жизнь был без стреля в голове.
Иду к министру образования, какой-то студент.
И говорю, вот так, вот так, президент мне обещал,
вы это слышали и так далее.
А тогда появилась студенческая газета «Горизонт»,
я говорю, либо я поднимаю шубу, либо вы мне разрешите сдать
экстерном 4-5 курс в один год.
Он говорит, да ты кто такой, ты почему себя возомнил?
Последний раз это делал только Владимир Ильич Ленин,
когда закончил Свердловский юридический институт.
Я говорю, ну да, давно же не было прецедента, получается,
надо освежить.
И он говорит, да, там то, сё, нет.
Я говорю, ну хорошо, я тогда пойду.
Он говорит, нет, нет, ладно, пиши заявление,
но у меня одно условие.
С ректором сам договоришься.
Я говорю, хорошо, поставьте визу.
На заявление поставил визу.
Я иду к ректору и говорю, вот такая-то ситуация,
меня не отправили, я зашёл к министру, вот разрешите
мне сдать.
Он говорит, хорошо, министр поставил визу, я тебе разрешу,
но из-за тебя не будешь я ломать курсы, поэтому
ты сам подстраивайся, но если будешь плохо учиться,
мы тебя выкинем.
Никто под тебя подстраиваться не будет.
Я говорю, хорошо, договорились.
Я учился утром за 4-й курс, после обеда за 5-й курс,
в то время, вы знаете, как сдавались сессии, это
кошмар до студентов был, но я как, сегодня зачёт
за 4-й курс, сегодня вечером за 5-й курс, завтра утром
уже экзамен за 4-й, потом экзамен за 5-й, и у меня
был адский месяц-полтора, но я отучился, 4-й и 5-й курсы
в один год сдал с отличием и получил диплом №1.
